Храм предков клана Ху
Аудиогид Зал Цзинъай (Jing'ai Tang)
Крупнейший храм предков Сиди начинался как дом одного человека. Три его сына превратили его в зал, где клан Ху чтил предков, справлял свадьбы и судил своих под огромным иероглифом сыновней почтительности.
- 35 мин аудио
- Храм клана Хуэйчжоу
Зал Цзинъай, храм предков клана Ху, площадью около 1800 м² — самый большой в Сиди. Он возник в 1600 году, на 28-й год эпохи Ваньли, как здание Шихэна, предка 14-го поколения рода Минцзин Ху, а его три сына превратили его в родовой храм с красноречивым названием: Цзинъай, «уважение и любовь», в знак привязанности между братьями. Первоначальное здание сгорело при пожаре, и то, что видно сегодня, — реконструкция цинской эпохи с двумя шестиметровыми колоннами из синего камня и двумя из дерева гинкго, поддерживающими жертвенный зал.
На протяжении веков он был одновременно храмом, залом собраний и судом рода: здесь обсуждали дела клана, справляли свадьбы и праздники, делали выговоры и наказывали потомков, нарушавших правила. Женщинам вход был запрещён. Парадокс наступил гораздо позже: в 2010-х годах, когда зал стал музеем народных обычаев, красный шёлковый свадебный паланкин, выставленный на верхнем дворе, привлекал посетительниц, которые садились внутрь и фотографировались как невесты под взглядом предков.
Что посмотреть
- Крупнейший храм предков Сиди — Около 1800 м², где клан Ху поклонялся предкам, справлял свадьбы и судил своих
- Колонны из камня и гинкго — Два шестиметровых столба из синего камня Исяня напротив двух толстых колонн из дерева гинкго
- Огромный иероглиф 孝 — Доска сыновней почтительности, приписываемая Чжу Си, которая, по рассказам, уцелела как крышка амбара
- Табличка «Байдай чжэнчан» — Обещание приносить жертвы предкам на протяжении ста поколений
- Живой храм — Ежегодные обряды клана Ху и хранительница зала с 1991 года
Среди домов Сиди с белыми стенами и чёрными крышами стоит здание, задуманное не для того, чтобы в нём жили, а для того, чтобы жила целая фамилия. Зал Цзинъай, известный в деревне как Jing’ai Tang (敬爱堂), — храм предков клана Ху и, по самым цитируемым данным, с его примерно 1800 м² крупнейший в Сиди. Под одной крышей род чтил умерших, справлял свадьбы, обсуждал дела и наказывал нарушителей правил. До сих пор в нём висят семейные наставления, оставленные более тысячи лет назад Ху Чанъи, основателем рода Минцзин Ху в Сиди, для поучения потомков.
История зала Цзинъай начинается в 1600 году с одного человека, Шихэна, и продолжается тремя братьями, пожаром, реконструкцией и XX веком, в котором, как рассказывают, были утрачены почти все иероглифы, приписываемые Чжу Си. Его архитектура читается в четыре такта: площадка у входа, нижний двор с каменными колоннами, огромная доска сыновней почтительности и глубина верхнего двора, где портреты предков по-прежнему возглавляют ряд пустых кресел. Что посмотреть в зале Цзинъай и что скрывает каждый из этих уголков, по-настоящему понятно при обходе с аудиогидом.
В нескольких шагах зал Чжуйму — вторичный храм, воздвигнутый Ху в 1794 году; у входа в деревню арка Ху Вэньгуана чтит одного из их чиновников, а особняк Дафуди сегодня вмещает посредническую мастерскую Сиди.
Дом трёх братьев у ручья
Зал Цзинъай
Кратко об этой остановке
Осмотр начинается снаружи, на небольшой площади перед порталом с загнутыми вверх карнизами — таким же пространством, какое предваряет другие общественные здания Сиди и которое служило местом сбора клана. Рядом с залом бежит один из ручьёв деревни. Ничто на этом фасаде не выдаёт, что храм начинался как нечто гораздо более домашнее: в 1600 году, на 28-й год эпохи Ваньли, это было здание Шихэна, предка 14-го поколения рода Минцзин Ху. Официальный сайт Сиди описывает его как резиденцию, другие источники — как его жертвенный зал. Три сына превратили его в родовой храм и назвали Цзинъай, «уважение и любовь», в знак взаимной привязанности братьев.
Но то, что видно сегодня, — не то здание эпохи Ваньли. Его уничтожил пожар, а реконструкцию по официальной версии относят к началу династии Цин, хотя другие описания переносят её на эпоху Цяньлун (1736–1795) и связывают с расширением из-за роста клана. За всем этим стоит основополагающий рассказ, передаваемый родом: весной 1077 года Ху Шилян, пятый предок рода Минцзин Ху из Уюаня, остановился на ночь в этой долине по дороге в Цзинлин, увидел в горах небесного коня и носорога, глядящего на луну, убедился, что два ручья текут с востока на запад, и решил перевезти сюда всю семью. У воды рассказ объясняет, что именно увидел тот путник и почему ручей, текущий на запад, мог сулить богатство.
Шесть метров камня, чтобы судить клан
Колонны из синего камня нижнего двора
Кратко об этой остановке
За порталом масштаб меняется полностью. Нижний двор жертвенного зала открывается в большой двор под открытым небом с двумя боковыми флигелями, и свет падает прямо на две шестиметровые колонны из синего камня Исяня. Напротив, на верхнем дворе, им отвечают две толстые колонны из дерева гинкго. Это архитектура зала собраний, а не жилого дома: пространство было рассчитано на множество людей.
И оно наполнялось. Помимо храма, в зале клан Ху обсуждал дела, справлял свадьбы и праздники, делал выговоры и наказывал потомков, нарушавших правила. В крупнейшем здании Сиди вершился суд, и долгое время женщинам вход был запрещён. Среди этих колонн аудиогид восстанавливает, как работал этот семейный суд и что значило оказаться по ту или иную сторону его двери.
Иероглиф, который был крышкой амбара
Доска с иероглифом 孝
Кратко об этой остановке
С верхнего двора, если смотреть на портал, виден самый известный экспонат зала: большая квадратная доска со стороной около трёх метров, подвешенная над входной балкой, с иероглифом 孝, «сяо», сыновняя почтительность. Её приписывают Чжу Си, философу эпохи Южная Сун, хотя он умер за века до постройки зала, и атрибуция передаётся без документального источника. Сегодня доска — ось программы культуры сыновней почтительности, которую Сиди включил в экскурсии.
Местное предание предлагает читать её как загадку: в начертании различим юноша, почтительно кланяющийся старшим, а его затылок рисует профиль обезьяны. Мораль категорична: кто чтит старших, тот человек; кто нет — зверь. У её сохранности тоже есть что-то от басни. Рассказывают, что во время «культурной революции» (1966–1976) большая часть иероглифов «верность, сыновняя почтительность, честность, чистота», приписываемых Чжу Си, была утрачена, а этот уцелел, потому что односельчанин унёс его домой и использовал как крышку амбара. Под доской рассказ направляет взгляд, пока не найдёшь юношу и обезьяну, спрятанных в туши.
Пустые кресла под сотней поколений
Портреты и табличка «Байдай чжэнчан»
Кратко об этой остановке
В глубине верхнего двора деревянная стена собирает портреты предков под табличкой «Байдай чжэнчан». Её название соединяет два древних обряда, осенний «чан» и зимний «чжэн», и заключает обещание: на протяжении ста поколений потомки должны приносить жертвы предкам. С балок свисают другие старинные таблички с золочёными иероглифами, такие как «Тянь’эн чунму» и «Сыши чэнъэнь». Впереди ожидают центральное кресло, два ряда стульев и столов и большой стол для приношений; позади возвышается двухэтажный павильон, хранящий таблички всех предков рода.
У этих кресел были хозяева. По документированному преданию, в цинском Хуэйчжоу мужчины деревни с одной фамилией, до тысячи человек, собирались в своём храме в большие ритуальные даты и совершали жертвоприношение по семейным обрядам Чжу Си; здесь центральное кресло было местом главы клана, а боковые ряды — старейшин и уважаемых людей. Обещание ста поколений остаётся в силе: зал по-прежнему центр клана Ху и принимает ежегодные обряды поклонения предкам, а с 1991 года жительница деревни Ху Сяовэнь убирает его, охраняет и рассказывает о нём каждому, кто приходит. В этой последней точке рассказ замыкает круг между храмом, судившим своих, и храмом, который по-прежнему их ждёт.
